Gordon Research Conference: Organometallics 2010. День 7

Пятница, 16 июля.

Времени в то утро было только на завтрак. Автобус ждал нас в 9 утра у здания, где были доклады. Перед этим я вернул карточку от общежития и бейджики (они их ресайклят) в GRC офис: после нас уже все было готово для GRC по регуляции генов, начинающейся в воскресенье.

А нам действительно была пора уезжать. Автобус был только один, так как кто уже свалил, а кто предпочитал добираться домой на машине. Привезли нас в сам аэропорт Бостона, но не в нужный терминал B, а к международному терминалу E, так как там можно было без проблем остановиться. Но вот добраться от него к терминалу B оказалось проблематично. Там по идее ходит бесплатный автобус, но мы прождали его минут десять и, видя как остальные, не выдержав, идут пешком, тоже пошли гулять по аэропорту. Нам-то с Жульеном вообще никуда торопиться не надо было. Наш рейс был в 3.10 pm. Но так как вещей было немного, а бостонский аэропорт предоставлял возможность добраться от терминала до терминала своими ногами, то отчего бы не прогуляться.

Без проблем прошли регистрацию и досмотр.

Хотя труба с постерами добавляет неуклюжести, а еще ноутбук надо из сумки выкладывать и ботинки с поясом снимать. Но еще не было полудня, когда мы сидели в общем питательном зале, где на выбор были самые разные фастфудовщины. Julien решил откормиться в McDonalds'е, а я закупился в «итальянском» Sbarro. Все-таки раньше шести мы дома не будем, а от нечего делать может и голод проснуться.

И вот так мы сидели и обсуждали прошедшую конференцию, наш проект и мыли косточки нашим labmates и collaborators. Потом медленно поплелись к воротам на посадку. Потом сели и полетели. Погода была ясной. Взлет над Бостоном с видом на Massachusetts Bay и Downtown получился красивым. А дальше поплыли в облаках, пока через полтора часа не стали снижаться над Питтсбургом. Там тоже отчетливо просматривался город и основные доминанты, вроде Cathedral of Learning.

Братец мой собирался забрать нас на машине, но 4 часа в пятницу – не лучшее время выезжать из города. За 30 минут до аэропорта ему добраться не удалось. А когда он все-таки добрался, то мы уже ехали на автобусе: повезло – только вышли из аэропорта, а автобус стоит на посадку. Вышли бы на две минуты позже, то ехали бы на машине. А так пришлось забраться на самые задние сидения, которые из-за работы кондиционера так нагрелись, что напомнили поездки на электричках на местах над печками. Хотя бы теперь от автобусной остановки до дома нам не более пяти минут идти.

Я очень рад, что мне удалось побывать на GRC. Это, конечно, не простая конференция, а особенная.

С особенно дружелюбной атмосферой, возможностью везде побывать, со всеми познакомиться, обсудить химию и получить советы. По духоподъемности чем-то напоминает школьные олимпиады, но без соревновательного гнета.

Не отказался бы поехать на GRC еще раз в следующем году, но это будет зависеть как от моих научных результатов, так и от программы докладов.

Может быть, надо и на другие конференции съездить. На этот раз с устной презентацией. А на следующем group meeting'е Dr. Curran, после того как мы отчитались о том, что новые постеры вывешены у лифта, обратился к группе: «Есть желание поехать на конференцию – обращайтесь. Деньги у нас сейчас имеются».

Gordon Research Conference: Organometallics 2010. День 6

Четверг, 15 июля.

Тем временем в Ньюпорте похолодало где-то до 70 F, что стало ощущаться по утрам через открытые окна. А то первые дни была жара и духота. В свободное время надо было по-любому проходить южную часть Cliff walk'a, иначе пребывание в Newport’е покажется неполным.


На сие предприятие собрался Julien и еще трое студентов. Известно, что даже три человека идут не в пример медленнее, чем двое. А вот впятером с фотоаппаратами мы едва ли прошли 100 метров за 10 минут.

К счастью, я смог немного вырваться вперед со студентом по имени Морган из Канады (Dalhousie University). Еще к большему счастью, он через некоторое время забеспокоился, успеем ли мы вернуться до четырех: он в этот день представлял постер. И в какой-то момент я остался в полном одиночестве и был волен перемещаться чуть ли не бегом.


В целом было что посмотреть.

Тут вам и очередные особняки, огороженные кустами шиповника и колючей проволокой.

Два туннеля, первый из которых труба-трубой.

Некий китайский дом.

Грозные скалы, о которые дробятся волны



и на которых сидят какие-то птицы.

Парусные суда, бороздящие океаническую даль.

Тропа почти всегда была ровной и прямолинейной.

Лишь в паре мест приходилось слегка подпрыгивать по валунам.

Однажды я подумал, что наконец-то пошел интересный и сложный участок, но скоро понял, что я просто лезу по бесхозным скалам, а настоящая дорога идет вверху за забором.


Довольно скоро я вышел к пересечению с Bellevue Avenue, по которой и вернулся на кампус.

По пути тоже было немало интересных особнячков по обеим сторонам: с фонтанами и верблюдами.


Я снова не опоздал на последнюю на GRC постерную секцию, где удалось перекинуться парой слов с людьми, которых я встретил раньше. К примеру, оказалось, что не один я смотрел курс по истории Древней Греции профессора Дугласа Кагана. Забавное совпадение в среде профессиональных химиков. В этот день многое на конференции было последним: обед, презентации.

Перед вечерними докладами профессор Озеров из Texas A&M провел традиционную для GRC юмористическую секцию, где собираются перлы участников и раздаются призы типа George W. Bush Presidential Award for the Usage of the English Language или за самый невпопад заданный вопрос. И вообще на последний вечер было запланировано всегда два доклада, в которых серьезная наука уже то и дело отступала на второй план.


После этого казалось бы пей всю ночь и веселись. К бесплатному пиву добавились коктейли покрепче. Но во-первых, я к этому времени уже окончательно отказался от алкоголя и предпочитал сок, во-вторых, набежало чувство усталость и невыспанности (что толку в сне во время докладов заменить), в-третьих, для новых знакомств было уже поздновато, мне бы старые в голове уместить. Я пошел спать в начале двенадцатого, а кое-кто пил до половины третьего. Ну, так я вообще по жизни ленивый.

Gordon Research Conference: Organometallics 2010. День 5

Среда, 14 июля.

С утра за завтраком было предложено заполнить очередную анкетку – оценить работу столовки за все эти дни. Я припомнил им и неожиданно вкусный чизкейк и жесткую баранину. Все мои соседи единогласно согласились, что им не мешало бы отодвинуть столы чуть дальше друг от друга. А то, если сидишь не с края, то и не выбраться, пока другие не встанут из-за стола.

Про доклады уже не могу ничего написать. Как-то отсидел и пошел на ланч. Весь день то и дело собирался дождь. Жульен опять сказался слишком занятым и усталым для похода по южной части Cliff walk’a. К тому же он договорился с несколькими другими людьми, пойти всем вместе в четверг.

Таким образом, мне предоставился шанс совершить прогулку, на которую я вряд ли кого согласился бы взять, ибо будет непросто. Ньюпорт расположен на острове, вытянутом с севера на юг. Университет стоит на восточном берегу, а напротив него на западном берегу расположен форт Адамс восемнадцатого века. Почему бы туда не прогуляться? Ну, хотя бы потому, что туда нет пешеходной дороги. Досадно, но не критично. Карты я распечатывать не стал. На глазок Google Maps показывали, что дойти до форта за час более, чем реально. И я пошел.


Стоит отклониться от Bellevue Avenue вглубь острова и районы становятся сильно победнее. Там фотографировать в общем нечего. Еще дальше вновь начинаются богатые частные усадьбы, утопающие в зелени.

В какой-то момент тротуар прекратился, и я пошел по обочине.

Не самая приятная часть пути, особенно учитывая, что все придется скоро пройти в обратном направлении. Машин было не так уж много, но явно не все соблюдали скоростной режим в 25 миль в час. Тем не менее я бодро дошел до въезда к форту.

Правда, оказалось, что за этим еще чуть ли не половина пути, так как предстояло еще пройти мимо местного яхт-клуба, вдоль побережья.

В сам форт я уже не пошел.

Обойти его тоже мне не удалось: уперся в забор.

Но тем не менее насладился океанскими видами на мост, проплывающие кораблики и чаек.

На объектив летели морские брызги. Погода была преддождевая. Без двадцати три я повернул назад.

Выбраться с территории парка было просто. А дальше опять пришлось жаться по обочине. Обращая внимания больше на проезжающие автомобили, чем на указатели улиц, я в какой-то момент почувствовал, что иду по незнакомой местности. Действительно следующая табличка на перекрестке подтвердила, что по этой улице я к форту не шел. Нельзя сказать, что я расстроился или испугался. В конце концов, Ньюпорт – город маленький, а до обеда еще три часа. За это время можно десять миль пройти. Рано или поздно выйдешь к восточному побережью или на Bellevue Avenue. Оказалось, что весьма рано: через полчаса я очутился на улице со знакомым названием, а оттуда добраться до общаги было плевым делом. На очередную постерную секцию я прибыл вовремя.


После обеда мы собрались не в 7.30, а в семь. Надо было заполнить ту самую анкету о том, что (не) понравилось на конференции. Тогда же состоялись выборы вице-председателя следующей конференции (он же председатель GRC Organometallic Chemistry 2012). Нашлись два претендента. Мне было опять-таки все равно, так что я не расстроился от того, что мой кандидат проиграл. А победил профессор Greg Hillhouse из Чикаго.

И все пошли праздновать окончание очередного дня конференции пивными возлияниями. Мне же к этому времени не только надоело стоять в очереди, но и вообще пиво надоело. В первые дни я еще по бутылочке выпивал. Координация слегка нарушается, но особого вреда и отвисания пуза нет. Но вот когда бродил по Ньюпорту, то окончательно додумал, что зря я его вообще пью. Не нравится, а пью. И в тот же день перешел на апельсиновый сок.

Gordon Research Conference: Organometallics 2010. День 4

Вторник, 13 июля.

День как всегда начался будильником в телефоне на 7.15 (хотя я почти всегда сам просыпался за 5 минут до), переходящим в завтрак, а дальше уж в утренние доклады. Перед входом в аудиторию кто-то (скорее всего Ruth, редакторша Dalton'a, которая участвовала в конференции) разложил первые номера за 2010 год журналов Chemical Communications и Dalton Transactions. Первые номера всегда доступны для свободного скачивания в рекламных целях. Но все-таки электронных статей я перечитал уже немало, а вот бумажные журналы не так часто встречаешь. Потому мы и забрали по журнальчику с Жульеном. Ничего дальше редакционных статей я в них так и не прочитал, все-таки у меня времени нет и более важные статьи читать, а все подряд вообще никто не читает, но полистать их было приятно.

Утром были те сами доклады по полимерам. В тот раз я еще мог их терпеть и даже вопрос задал. После ланча Жульен решил редактировать свою статью, намеченную в JOC, поэтому я решил в свободные два с половиной часа побродить по кампусу в одиночестве. И прошел его вдоль и поперек, еще раз вдоль и еще раз поперек, затем еще.

Некоторые из выкупленных особняков используются для учебных занятий и заседания администрации.

Так, например, первым зданием университета был Ochre Hall.

Даже многие общежития расположены в небольших домах, которые явно были когда-то частными владениями.

Напрямую к кампусу прилегают особняки-музеи: The Breakers

и Chateau-sur-Mer.

Немало ближних усадьб остается в руках собственников. Совсем рядом расположен и национальный музей рисунков, который в тот вторник был закрыт.

Но мне, как я уже сказал, было важнее обойти окрестности, чем засесть в музее. Последнее здание, что я обошел кругом, была университетская библиотека.


После этого, я вернулся в общагу, позвонил родителям по Skype, и уже была пора спешить на постерную секцию.

Так как я уже отстрелялся со своим постером, то мог изучать чужие творения. Особой постеростроительной мысли, ставшей бы для меня откровением, я не нашел. Кто-то просто распечатал свою презентацию и развесил слайды змейкой. Как-никак презентация всегда под рукой, а постер надо отдельно готовить, печатать, а потом в трубе таскать по самолетам. Научный уровень тоже был самый разный. Уж точно карбены-бораны не были самой скучной идеей или самой слабой химией. Забавно было видеть редкие элементы типа тантала или лютеция. С чем только люди не работают. По одному урану постера четыре было. Многие сразу предупреждали, что представляют pure academic stuff, чтобы не спрашивали лишний раз о применении. Совсем мало было постеров об использовании органометаллики в настоящем, а не модельном синтезе или в биологических исследованиях. Хотя были и такие, в очередной раз заставляющие меня подумать о том, а не сменить ли постдоком область научных интересов на какое-нибудь «био».



Не могу сказать, что видел и обсуждал абсолютно все постеры. Какие-то меня ну никаким образом не интересовали, какие-то сиротливо висели и некому было про них рассказать (автор ушел спать или пить), какие-то были вечно окружены толпой. Самое полезное для меня, конечно, это то, что я смог поговорить со студентами и постдоками, бывшими и нынешними, тех профессоров, с которыми я хотел бы поработать через пару лет. Сами профессора не явились, но и без их присутствия я довольно быстро выяснял, кто и как тиранит студентов. Свой список top 5 я составил. Попробуем им когда-нибудь написать, а вот если ничего не получится, тогда и будем думать, что делать дальше. Мне еще надавали кучу советов по самому процессу поиска постдока. Не то, чтобы я не понимал важности добывания собственных денег, первостепенной ценности рекомендательных писем и посылания письма бумажной, а не электронной почтой, но все равно интересно послушать тех, кто уже свое отпостдочил и теперь начинает профессорствовать. Реальные люди, реальные проекты и истории, а не общие истории из книжек для лузеров. Особенно благодарен Марку, который был постдоком у Баквальда, а теперь сам профессор в CCNY.


Вечером пошел дождь. Так как все расположено очень близко, то многие, включая меня, зонтиков с собой не брали. Но так как было довольно жарко, то все быстро высыхали даже если проходили пять минут от постерного холла до столовки под проливными ручьями. А вот вечерние вторничные доклады мне дались особенно тяжело. Точнее я чувствовал себя настолько уставшим, что засыпал почти с самого начала, и, к примеру, о втором докладе не могу вспомнить решительно ничего. Точно знаю, что я там был и спал, а вот о чем тетка вещала, не помню. Название в программке только намекает, что был очередной polymerization talk – тогда все ясно.

Более-менее проснулся я только к неформальной части конференции, когда бесплатное пиво льется рекой. Не могу сказать, что я никогда не пил пиво, но так же не могу утверждать, что оно мне нравится. Из любопытства ли или от нежелания выделяться, я первые дни выпивал по бутылочке за вечер, но к концу конференции твердо заявил: «Нет, ребяты-демократы, только сок».

Gordon Research Conference: Organometallics 2010. День 3

Понедельник, 12 июля.

Так уж вышло, что представлять постеры во второй раз уже для расширенного круга лиц нам обоим с Жульеном выпало в понедельник. В этом есть свои плюсы: выполнил свою часть в самом начале и можешь уже ни о чем не беспокоиться. Хотя никто вообще не проверял ни посещаемость, ни то, а вывесил ли ты свой постер и когда. Заплатил за участие и участвуй, как хочешь. С другой стороны в понедельник далеко не все соизволили осмотреть постеры. Ну, кто-то из профессоров вообще их своим вниманием не почтил ни в один из дней. Меня потом многие люди спрашивали о том, чем я занимаюсь и когда представляю постер, я отвечал, что прохлопали вы мой постер, раньше надо было его смотреть. На самом деле, можно было спокойно вывесить его еще раз, но я предпочел, чтобы такая возможность была оговорена официально. С третьей стороны, многие профессора свалили до окончания конференции, так что неплохо было показать наш постер тому же профессору Francois Gabbai в понедельник.

А пока день начался с завтрака и четырех очередных докладов. Стартовали за здравие с швейцарского профессора Андреаса Пфальца, у которого был настоящий синтез, а дальше пошла какая-то частная фигня. Или не фигня, но представление было на крайне низком уровне. Если со студентами скукота докладов была объяснима, то от профессоров, которые уже столько за свою жизнь отдокладывали, ожидаешь большего.


Выступления на GRC занимают 30 минут, после следуют 15 минут на вопросы (почти всегда оставались желающие спросить еще, но нужно было двигаться дальше). Докладчиков приглашает председатель. Он же выбирает и так называемых discussion leaders, обычно уважаемых профессоров, которым лень что-либо самим готовить, а поучаствовать в конференции хочется. Их роль заключается в представлении докладов, отмерению времени и перемещению микрофона для вопросов по аудитории. Остальные участники имеют шанс на 15 минутный доклад, если предоставят с утра понедельника копию А4 своего постера. Председатель и «дискуссионные лидеры» выбирают шесть наиболее интересных, и в последующие три дня по два «постерных» доклада зачитываются перед ланчем. Я тоже попытался и подал копию своего постера. Неудивительно, что меня не выбрали: все-таки студент и с какими-то карбенами-боранами, а тут профессора с палладием приехали.

Большую часть кофе-брейка заняло коллективное фотографирование. Нас выстроили на лужайке перед зданием, где проходили доклады. Попросили всех переписаться по рядам, кто где стоит. Хотя на фотографии подписей так и не поместили. В общем, выстроили нас, потом из окна второго этажа высунулся дядька с фотоаппаратом и стал нас щелкать. С одной стороны всех видно, с другой – смотреть на солнце и не щуриться было тяжело. Фотографии на следующий день можно было приобрести в офисе GRC за $16. Так как это была моя первая конференция, то я приобрел сей сувенир. А вот Julien и многие другие не стали ничего покупать.


После ланча было объявлено, что желающие играть в футбол могут собираться там-то. Я к числу желающих не относился и вообще не взял кроссовок, только ботинки. О чем впоследствии жалел. Никого мой внешний вид не волновал, а ходить пришлось немало. До 4 часов, когда начиналась постерная секция, у нас каждый день бывало свободное время. Кто-то играл в футбол или бейсбол, кто-то готовил доклад, кто-то ходил купаться, кто-то писал статьи, кто-то спал, а я исследовал окрестности. В понедельник мы вместе с Жульеном отправились на север по Cliff walk’у. Это такая по большей части мощеная тропа, ведующая вдоль кромки океана.

Проходит она прямо за университетскими зданиями. Северный ее участок совсем короткий и заканчиваться на бесплатном пляже, который нас не интересовал.

Интересовало нас углубиться в ньюпортские улочки и найти старую башню 17 века. Я о ней когда-то что-то читал, и это была моя первая ассоциация с Ньюпортом. Долгое время ходили легенды, что построена она была тысячу лет назад викингами. А что еще можно сказать о крайне странной конструкции, в которой необработанные камни скреплены раствором, маленькие и нерегулярные окна и шесть ног разной толщины.

Уже к середине 18 века никто в тех местах не помнил, что это было. Ныне ученые окончательно заявляют, что никакими викингам там не пахнет, а башня на самом деле представляет собой мельницу, построенную примерно в 1660 году. Что все равно помещает ее в десятку древнейших сооружений на востоке США.


Расположена башня-мельница в Touro парке, недалеко от центральной улицы Ньюпорта Bellevue Avenue.

Там же находится памятник коммодору Перри, чем-то знаменитому.

Это самый центр города, в котором обнаружилось немало старинных и красивых зданий.

Несмотря ни на что, неподалеку стоит отель «Викинг» (и местная школьная спортивная команда называется «Викинги»).

Мы не хотели опаздывать с постерами, потому повернули в этот момент назад. По пути забрели в сад одного из особняков, который называется The Elms (Вязы).

Заимствования из европейской архитектуры налицо.

Говорят, что некоторые вещицы подлинные и перевезены из Старого света.

Я всегда в таких случаях делю всю американскую архитектуру на «готишно», «антишно» и небоскребы.


В Ньюпорте порядка девяти самых роскошных особняков, чьи хозяева отказались от них в Великую депрессию, превращены в музеи наподобие питерских пригородов. Как я потом посмотрел, билет стоит $31 на посещение пяти любых особняков. Ну, у нас в этот раз времени на экскурсии и разглядывание интерьеров не было. Если Gordon конференции продолжатся в Ньюпорте, то я буду знать, чем если что заняться. В целом, для маленького города там невероятно много завлекаловок для туристов, которые в немалых количествах покоряют Cliff walk, обходят mansions’ы и ездят на Newport trolley’ях, которые никакие не троллейбусы, а автобусы на природном газе.



Между прочим, часть особняков попала в хозяйственные лапы Salve Regina University. В одном из таких, McAuley Hall’e у нас и проходила постерная выставка. Более скромные имения по большей части остались в частных руках, хотя уже никому не позволено чинить препятствия по доступу к океану. Ну, пусть себе сидят за заборами, колючей проволокой, кустами и табличками «Private». Мы с Жульеном проходя мимо агентства недвижимости глянули на цены на рекламной витрине. Дома на берегу спокойно могут стоить $4 млн, а самый дорогой предлагался за $10.5 млн. В Питтсбурге такой дворец обошелся бы раза в четыре дешевле.

Итак, вернувшись на кампус, мы развесили свои постеры и принялись рассказывать о своих научных достижениях тем, кто имел неосторожность остановиться неподалеку. Надо было мне сделать отдельную небольшую часть о применении карбен-боранов в радикальном восстановлении. Ведь наши статьи там пара человек читала, а остальные сразу спрашивали, откуда вообще взялась идея подобного проекта. Неплохо было бы и длины основных связей под структурами добавить. Но в целом, уже неплохо, что несколько десятков человек узнали, что есть на свете такие NHC-boranes и что кто-то их любит и изучает. Для многих оказалось поразительным открытием, что я выделил все представленные соединения хроматографией. Они же из своих glovebox’ов и не вылезают.

Последовавшие за обедом доклады были разной степени интересности. Guy Bertrand – очень хорошо, а дальше по наклонной. В целом, так получилось, что к концу понедельника мы прослушали всех тех, ради кого выбрали эту конференцию, представили свои постеры, и теперь нам оставалось играть роль студентов и отдыхать от мирских забот.

Вечером опять было бесплатное пиво, но на этот раз предполагалось продолжить обсуждение постеров, но в менее формальной обстановке. Первые дни я выпивал по одной бутылке. Наполовину из интереса, наполовину за компанию. Перепробовав за четыре дня все варианты, я понял, что пиво не люблю, влить в себя вторую бутылку уже заставить не могу, и перешел на апельсиновый сок.