Филадельфия – колыбель американской революции и пр.

Воскресным днем мы поставили галочку напротив слова Филадельфия. За пять часов, что мы провели в городе, мы обошли немало, но не загорелось в нашей душе желание вернуться еще раз в самый крупный город Пенсильвании.


Из Принстона можно доехать до Фили за час на машине, но мы решили ехать на поезде. Вначале на NJ Transit от Princeton Junction до Трентона, столицы Нью-Джерси.


А дальше надо пересесть на поезд SEPTA, курсирующий по пенсильванской земле.


Ехать полтора часа, и билет стоит $13.50 в одну сторону (+ парковка на станции $5 в день).


Зато из окна можно посмотреть на руины гетто Северная Фрикадельфия.


Прибыв на вокзал на 30-й улице, мы двинулись на восток через Даунтаун.


Если бы Филадельфия была первым американским городом, который мы посетили, то, возможно, она бы нам понравилась.


А так все эти небоскребы после НЙ навевают скуку. Все это мы уже видели: в Питтсбурге, в Чикаго, в Сан-Франциско. Смесь старинных зданий и современных стеклянных коробок.


Многочисленные скульптуры и скульптурищи. Попрошайки и бегуны.


Здание городского совета (City Hall) с фигурой Уильяма Пенна, основателя Филадельфии, на крыше было закрыто.



Музей химии – тоже закрыт.


Зато мы смогли посмотреть на Колокол Свободы. Стоит к нему очередь как к Ленину в Мавзолее. На входе всех проверяют, идешь-идешь, а потом не понимаешь, зачем шел. Может быть, сердце американца дрогнет при виде расколотого колокола, звон которого некогда возвестил о подписании Декларации независимости, но меня больше позабавил смотритель, похожий на Бенджамина Франклина.


У братца нашлась стодолларовая купюра, и я сфотографировался на фоне изображенного на ней Independence Hall’a (возможно, не с той стороны).


В довершение туристических развлечений я удлинил пенни (одноцентовую монету) в специальном устройстве.


Кладешь туда два квотера, один пении, выбираешь дизайн, вращаешь ручку, и, вроде бы, твой собственный пенни переделывается в расплющенную монету, которая по американским законам должна приниматься в банках, магазинах и прочих местах как одноцентовая.


Далее мы дошли до большой воды, но это не океан, а устье реки Делавэр. Тут стоят памятники скорбным переселенцам-ирландцам


и суровым переселенцам-шотландцам.


А еще несколько кораблей разных эпох.


За рекой – город Camden, NJ, который спорит с Flint, MI за звание самого криминального города в США. Мы-то ходили по самой прилизанной, туристической Филадельфии, где большинство населения – белые американцы.


Ходили-ходили. Вышли к художественному музею,


перед которым стоит памятник боксеру Рокки (мы эти фильмы не смотрели).


Более забавный памятник Дж. Вашингтону – победителю медведей, бизонов, лосей и оленей.


Ну, и вид на Даунтаун красивый. Погода была намного приятнее, чем накануне.


Вдоль Schykill river (такой ручей, где все бегают) мы вернулись на вокзал. В другую сторону от вокзала начинается University City – кампусы Drexel University и University of Pennsylvania. Опять же я о них ничего не читал, не готовился, а потому мы, наверняка, упустили что-то интересное, но у Дрекселей забавен только дракон, а архитектура уныла.


У UPenn с архитектурой получше, везде Франклин, но у нас уже не было ни времени, ни желания разглядывать каждое здание.


Мы и так проходили к тому времени больше 4 часов, и пора была перекусить. Ничего лучше, чем слопать Philly’s Cheasesteaks на вокзале мы не придумали.


А затем мы вернулись в Принстон, где по воскресеньям парковка на улицах бесплатна, встретились, как я рассказал в прошлом посте, с Филипом и Марией, и в понедельник с утра отправились домой в Питтсбург. Любая дорога назад оказывается нудной, шестичасовой и бессобытийной. Ехали не по бесплатному I-80, а по Pennsylvania Turnpike – отставили толл в $29.65. Однако. Но хорошо, что вернулись в солнечный понедельник. Во вторник 26 февраля в Питтсбурге снова лили дожди.

Это был последний рассказ про февральское путешествие. На следующей неделе, пока буду возвращаться в США, напишу несколько постов о поездке в Россию.

State College, где расположен Penn State

Пока сижу в Питере, начну выкладывать фотографии из пятидневной поездки в конце февраля в Нью-Йорк, Принстон и Филадельфию. Постараюсь быть краток, но хронологии ради начну с нашей первой остановки и ночевки в городке с говорящим названием State College.


Каждый раз когда мы путешествовали в Нью-Йорк по I-99, а затем I-80, мы проезжали мимо State College, PA, а однажды даже ночевали там в отеле. Но в этот раз мы заглянули туда, потому что в Penn State постдочит мой бывший однокурсник Юра Иванов. Петляющая научная судьба привела его с кафедры радиохимии СПбГУ к получению PhD в вирусологии из Bowling Green State University, а теперь к занятиями бактериологией в центральной Пенсильвании. Юра был рад не только встретиться с нами, но и пригласил нас отобедать и переночевать у него дома, за что ему большое спасибо.


День был будним (среда 20 февраля), поэтому когда мы подъехали на кампус Penn State к 5 часам, Юра еще работал, и у нас как раз был час, чтобы обойти кампус до наступления темноты. А больше мы бы и не протянули, так как среда оказалась неожиданно холодным днем (уличные табло показывали 18 F).


Я про кампус ничего не читал и, вероятно, пропустил что-нибудь интересное. С поверхностного, беглого взгляда он показался мне большим, но стандартным. Есть главное здание, которое так и называется Old Main.


А вокруг ничем не примечательные строения разных архитектурных стилей 20 – начала 21 веков.


Традиционные для кампусов скульптуры разной степени абстрактности.


Отмечу разве что большое новое здание химического факультета (2004 год), которое было уже закрыто (хм, я не мог вспомнить ни одного значимого химика-небиохимика, работающего сейчас в Penn State).


Еще запомнилась огромная водонапорная башня, которая вначале показалась куполом храма.



Pennsylvania State University – публичный университет, расположенный как минимум в 3 часах езды от любого крупного города. Не надо его путать с UPenn – University of Pennsylvania – частным университетом в Филадельфии, входящим в Лигу плюща, на кампусе которого мы побываем в воскресенье. Юра на захолустность универа не жаловался: город безопасный, с развитой сетью автобусов, правда, жилье найти не так-то просто.


Намерзнувшись, мы поджидали его в местном студенческом юнионе,


а затем прошли по аллее, где на деревьях сидели какие-то фантасмагорические полчища ворон. Юра сказал, что их даже фейерверками, бывает, пугают. Но, как видно, помогает плохо.


Мой брат жалуется, что ему надоело уже выслушивать раз за разом историю моего постдочества и мои «планы на будущее», о которых я рассказываю каждому встреченному в путешествиях знакомому. Такова его судьба, и пришлось ему послушать про Беркли и Хартвига еще раз. Заодно и Юра рассказал о своей нынешней лабе, где тоже не все складывается гладко.


А затем мы еще посмотрели фильм “The King’s Speech”, тем самым познакомившись с двумя фильмами Тома Хупера подряд (в последнее время что-то стало нам с братцем не до кино, дома его не смотрим). Тоже хороший фильм, хотя «Отверженные» мне понравились больше, ибо мюзикл.

Русская музыка в масонском храме в часе езды от Питтсбурга

В эту субботу мы побывали на необычном концерте Pittsburgh Symphony Orchestra. Во-первых, он исполнялся не в знакомом нам Heinz Hall'е в Даунтауне Питтсбурга, а в Scottish Rite Cathedral в городке New Castle, PA в 50 милях к северо-западу от нас. Во-вторых, мы очень похожий концерт прослушали накануне в пятницу. Но рассказывать я буду в первую очередь не о музыке, а о типичном представителе пенсильванской провинции.


Планы съездить в какой-нибудь небольшой город неподалеку от Питтсбурга я вынашивал давно. Сесть на машину, автобус или поезд и оказаться в каком-нибудь Гринсбурге, обойти его за пару часов, посмотреть, как и чем живут американские люди, перекусить в местном ресторане и вернуться домой. Но хорошего повода для такой поездки не предоставлялось до недавнего времени.


Разглядывая календарь PSO на 2013 год, мы заметили два интересных для нас концерта совсем рядом друг от друга: Седьмая симфония Бетховена в пятницу 15 февраля и Пятая симфония Чайковского в субботу 16 февраля. Обычно они так не делают и играют весь уикенд одну и ту же программу. Так и тут первое отделение было неизменным: "Ночь на Лысой горе" Мусоргского и Второй фортепианный концерт Рахманинова (солист Денис Мацуев). А вот симфонии во втором отделении различались. Так как мы любим обе из них, то решили сходить на оба концерта подряд. И только когда мы стали покупать билеты, мы заметили, что субботний концерт состоится вовсе не в Питтсбурге, а в Нью-Касле.


О том, что такой город существует, я знал, но мы никогда в нем не были и даже мимо не проезжали. Хотя рядом расположен McConnells Mill State Park - пожалуй, самый приличный из близких к Питтсбургу парков, где мы хайкали пару раз. Сам Нью-Касл - столица графства Лоуренс - город с двухсотлетней историей, переживший свой пик в 1920-1940-е годы и до сих пор носящий звание "Фейерверковая столица США" (по фабрикам, производящим пиротехнику).


Сейчас, конечно, все производство уплыло в China, население Нью-Касла сократилось вдвое и победнело.


От каждой улицы веет стариной и запустением.


Мы приехали в New Castle около 4 часов дня в субботу.


Концерт начинался в 8, но мы хотели успеть пробежаться по окрестностям, сфотографировать все, заслуживающее внимания, на своем пути и пропитаться духом маленького пенсильванского городишки.

 
И первое, что бросилось в глаза - отсутствие на улицах людей.


Да, прохладно, да, суббота, но волей-неволей вспоминалось, что западная Пенсильвания - родина фильмов о зомби.


Казалось, что все только затаилось перед тем, как с наступлением темноты они полезут изо всех щелей.


На местное кладбище мы не ходили, но даже у здания суда (Lawrence County Courthouse) висело предупреждение, что после 4 вечера подходить близко запрещено.


Но машины, включая полицейские патрули, ездили, собаки за заборами заливались лаем - все-таки город скорее жив, чем мертв.


Парковка только в самом центре была платной,


и мы, бросив "Хонду" на тихой улочке с haunted houses отправились искать интересное.


Не могло не обратить внимание обилие церквей


(а как же еще спасаться от зомби?) всех христианских конфессий,


включая православную Св. Николая.


Но куда бы мы ни шли, над городом и нами нависал занявший господствующую высоту на холме масонский храм, та самая Scottish Rite Cathedral, где должен был состояться концерт.


Вокруг масонского храма дома выглядели приличнее и богаче остальных.


Тут жили всякие адвокаты, и мы старались не уходить слишком далеко от центральных улиц.


За реку Шенанго, где живут местные черные бедняки, мы и не совались. Но дважды пересекли ручей Нешаннок.


И только потому, что здание суда было на той стороне ручья, а я очень хотел сфоткаться рядом с ними.


Оно и масонский храм - единственные исторические памятники (historic landmarks), признанные в Нью-Касле.


Вот такие улочки ведут к зданию суда.


За час мы обежали все, что я намечал, составили определенное впечатление, что жить в таком городе невесело,


замерзли и поехали на машине в ресторан (идти, а главное возвращаться оттуда по темноте мы не рискнули).


Оказалось, что жители города не ходят по улицам, потому что они едят: нам нашлось место, но народу было много. Mary's Restaurant, несмотря на прозаическое название, специализировался на арабской кухне. Мы заказали расхваленную в интернете баранину.


Получилось нормально, даже вкусно, но я все же отдаю предпочтение "большой тройке": говядина-свинина-курятина. А вот чай у них был сладкий-пресладкий. Я даже не помню, когда я в последний раз пил чай с сахаром. Из-за чая они не досчитались пары долларов чаевых.


К половине седьмого мы вернулись и запарковались у масонского храма. До начала концерта оставалось полтора часа, но парковки были заняты больше, чем наполовину, и уже пускали внутрь. Я не знаю, откуда в Нью-Касле взялись масоны, но в 1925 году они возвели себе величественный храм.


После Великой депрессии его забрало правительство, но позже масоны выкупили его назад и, вроде бы, продолжают заседать там по сей день. Для меня, конечно, масоны - это какие-то ролевики, а "масонский заговор" - сказки для детей. Но вот тут можно видеть настоящие объявления: "Приведи нового брата и участвуй в розыгрыше поездки на двоих на Аляску" или "Секретарь принимает только по masonic business".


Но внутри храм оказался не храмом, а концертно-актовым залом. О масонах напоминали только соответствующие символы, использованные в оформлении интерьеров.


Устраивать концерт классической музыки в городе с населением 20 тысяч человек (при том, что чернокожие американцы на концерты PSO традиционно ходят неохотно) немного странно. Но не странно ли, что в этом городе вообще существует зал на 2800 мест? Интересно, когда пианист Денис Мацуев в последний раз играл в подобной Тмутаракани.


Но нашелся зал, нашлись масоны и влиятельные спонсоры, готовые оплачивать ежегодно три концерта PSO в своем городке. Зачем им концерт из только русской музыки, начинающийся с шабаша "Ночи на Лысой горе"?


Продажа билетов, конечно, не покрывает никаких расходов, только частные пожертвования. А вот на программках они пожадничали, и выдавали пополам сложенные листики A4, а не привычные глянцевые книжечки.


Кое-как мы провели оставшиеся полтора часа, бродя по Cathedral и окрестностям. Наконец, стали запускать в зал, где мы сидели на первом балконе.


Людей было достаточно много, но зал не заполнился и наполовину. Как я уже сказал, за день до этого мы побывали на аналогичном концерте в Питтсбурге. Я давно хотел сходить на два одинаковых концерта подряд и сравнить, насколько они все же одинаковы. Теперь могу сказать: "Очень похожи". Разве что фортепиано в Нью-Касле звучало погромче, но и акустика в зале другая, и сидели мы чуть ближе, и не с левой стороны, а с правой.


В целом, брат ничего хорошего не сказал ни об оркестровке Римского-Корсакова, ни о Рахманинове. Я же подметил забавное совпадение: Мусоргский написал "Ночь на Лысой горе" в 28 лет и Рахманинов написал свой Второй фортепианный концерт в 28 лет. И я потом подкалывал братца: "А чего добился ты?".



Интересно рассказать о Седьмой симфонии Бетховена и Пятой Чайковского у меня не получится. Обе симфонии мы знаем хорошо и уже слушали в живую. Дирижер Манфред Хонек знает их еще лучше и обеими симфониями дирижировал без партитуры. И какой бы приятной ни была музыка Бетховена, Пятая симфония Чайковского останется первой симфонией, которая очаровала меня в записи, и слушая которую, я получаю удовольствие от каждой части.


Публика в Нью-Касле аплодировала не очень активно, и даже не смогла вызвать Дениса Мацуева на бисы. Как только концерт закончился, мы с братом, не теряя времени, устремились к своей машине и успели быстро выехать на дорогу так, что были в Питтсбурге в 11 вечера.

В итоге такой интересный совмещенный опыт получился, но вряд ли мы вернемся еще когда-нибудь в New Castle, PA. И даже на концерты классической музыки мы теперь стараемся ходить избирательно, только на самое интересное.