NOS2011: Graduate College и Гровер Кливленд

После экскурсии подошло время обеда, а после обеда у меня было еще полтора часа в запасе до начала вечерних лекций по синтезу новых материалов. Предоставилась возможность дойти до Graduate College (формально места, где живут аспиранты), который расположен на некотором отдалении от основного кампуса.

Graduate College был основан в 1900 году, и для аспирантов было решено возвести такой же блок общежитий, как и для студентов. Но вскоре возникли споры о месте строительства. Президент университета Вудро Вильсон хотел видеть колледж в центре кампуса, чтобы аспиранты подавали пример и были моральным маяком для молодежи. Но декан свежеобразованного колледжа Уэст хотел поселить своих подчиненных как можно дальше, чтобы аспиранты не попадали под дурное влияние андеградов. Было выбрано место к западу от кампуса за полем для игры в гольф. Уэсту удалось заручиться финансовой поддержкой университетских спонсоров, но этого было мало, чтобы сломить сопротивление Вильсона. Тогда Уэст привлек на свою сторону экс-президента США Гровера Кливленда.

Я подзабыл, что ходил в Graduate College в понедельник, а потому вчера обещал рассказать о Кливленде в посте про кладбище. Но если уж рассказывать, то сейчас.

Гровер Кливленд (Grover Cleveland), 22-ой (1885-1889) и 24-ый президент (1893-1897) США, – единственный президент в американской истории, который отсидел два срока не подряд. Сразу скажу, что город Кливленд в Огайо назван в честь генерала Мозеса Кливленда, который жил на сто лет раньше Гровера.

У Гровера Кливленда в отличие от Вудро Вильсона не было никакого высшего образования, что не помешало сделать ему успешную юридическую, а затем и политическую карьеру в городе Буффало, штат Нью-Йорк, где в должности шерифа он собственноручно вешал убийц, приговоренных к смерти. А вот в Гражданской войне Кливленд не участвовал: во время призыва он предпочел заплатить $150, чтобы вместо него пошел сражаться польский иммигрант.

В первую очередь Кливленд подкупал всех своей честностью. Когда он стал мэром Буффало, то наложил вето на решение городского совета по поводу уборки улиц. Депутаты по обыкновению подписали контракт не с той компанией, что предложила наименьшую цену, а с той, у которой в городском совете были влиятельные друзья. Кливленд заставил их изменить традициям и нанять тех, кто уберет лучше и дешевле. Слух о честном мэре прошел по всему штату Нью-Йорк, но тогда никто не мог представить, что этот провинциальный борец с распилом через четыре года станет президентом Соединенных Штатов. А он взял и стал. Первым президентом-демократом за более, чем сорок лет.

Основой его политики стало уменьшение роли государства в экономике. Когда Конгресс захотел выделить десять тысяч долларов техасским фермерам, пострадавшим от засухи, Кливленд наложил вето и на это решение. Он сказал, что не государство должно помогать людям, а люди должны помогать друг другу и государству в том числе. Иначе разовьются патерналистские настроения, и каждый будет надеяться, что в случае несчастья его спасет добрый президент. Кливленд запретил поднимать пенсии ветеранам Гражданской войны, разрешил владельцу нью-йоркского метро поднять цены на проезд (это его компания, а не штата: государство не должно контролировать цены прямым вмешательством), резко сократил число госслужащих. Так как расходы правительства резко снизились, то можно было сократить доходы, чтобы деньги оставались у населения и двигали экономику. Поэтому следующим шагом стало снижение пошлин на импортные товары (tariff), основного дохода федерального правительства в то время (подоходных налогов тогда не было). Это не понравилось американским крупным промышленникам, так как конкуренция со стороны импортных товаров повысилась, но зато американский народ начал богатеть.

Популярности Кливленду добавила, как это ни странно, женитьба на 21-летней Франсис Фолсом, дочери его погибшего друга. Она была на 27 лет моложе своего будущего мужа и до сих пор является самой молодой первой леди США в истории. Ну, публика любит всякие государственные свадьбы и гуляния, и миссис Кливленд стала всеобщей любимицой.

Для республиканцев, объединившихся с крупным бизнесом, единственным способом победить Кливленда на перевыборах оставался бессовестный подкуп избирателей. Были созданы особые пятерки агентов, которые скупали голоса, привозили людей из прореспубликанской Пенсильвании в колеблющуюся Индиану, чтобы выиграть этот ключевой штат. Кливленд все равно выиграл абсолютное большинство голосов по стране, как и Альберт Гор в 2000 году, но республиканцы в итоге перекупили пятерых выборщиков от штата. Никто особо не скрывал махинаций, но республиканец Бенджамин Гаррисон вместо того, чтобы отправиться тюрьму, отправился в Белый дом. Правление его получилось крайне неудачным. Он поднял импортные пошлины, а все доходы раздал лояльным слоям населения, перешел на обеспечение доллара серебром и в результате исчерпал золотые запасы. Биметаллизм против золотого стандарта – главная тема в американской политике между Гражданской и Первой мировой войной. Сейчас нам сложно понять, почему это настолько важно, так что подробно расскажу, если когда-нибудь речь зайдет о президенте Мак-Кинли, а сегодня мы обсуждаем Кливленда.

А Кливленд вместе с женой поселился в Нью-Йорке и завел частную адвокатскую практику. Но Фрэнсис Кливленд, покидая Белый дом, просила дворецкого следить за мебелью и всем остальным, так как через четыре года собиралась туда вернутся. За это время большинство штатов ввело процедуру тайного голосования и регистрации избирателей, возможности подкупа резко уменьшились, и Кливленд легко (пере)избрался президентом.

Но республиканцы уже успели натворить дел. Второй срок Кливленда начался с Паники 1893 года – крупнейшего экономического кризиса в США перед Великой депрессией. Кливленд, который не верил в ручное госуправление экономикой, который предпочитал сидеть честным малым и наблюдать, как все растет и исправляется само собой, который даже войн никаких за восемь лет не вел, оказался неспособен вывести страну из кризиса, не смог или не захотел найти решения, которое сорок лет спустя отыщет Франклин Рузвельт. По стране прокатились восстания и забастовки рабочих. Идеальный правитель в эпоху процветания, Кливленд оказался беспомощным в эпоху испытаний (еще хорошо, что на США тогда никто не напал). В 1897 году республиканцы вернулись в Белый дом на последующие двадцать лет, а Кливленд отправился на пенсию в Принстон.

Он посетил город и университет во время второго срока в 1896 году по случаю 150-летнего юбилея Колледжа Нью-Джерси. Ему там так понравилось, что Кливленд решил после выхода в отставку поселиться в Принстоне и стать одним из попечителей университета. Стоило ему встать на сторону декана Уэста, и место для строительства Graduate College было утверждено.

Шел я туда минут десять. За полем для гольфа, над кустами возвышалась черная башня – Cleveland Tower, названная в память о влиятельном покровителе.

Кроме нее я не нашел в колледже ничего нового для себя.

Такая же серая неоготика, на которую я насмотрелся за время экскурсии.

Большой памятник победителю-декану Уэсту во дворе.

Одна из дверей была приоткрыта.

Я заглянул: интерьеры у них тоже весьма старомодные.

А вот мусорные баки современные.

Назад я пошел уже не через поле, а вдоль улицы. Тут же неподалеку расположена пресвитерианская семинария. К началу 19 века университет все меньше уделял внимания преподаванию богословия, и в какой-то момент святые отцы решили создать отдельное учебное заведение. Архитектура по замыслу должна была напоминать Нассау Холл, даже два желтых деревянных дома по сторонам были скопированы.

На этом точно все о понедельнике 6 июня. День получился насыщенным и потребовал для подробного описания семь постов с пространными историческими пояснениями.

NOS2011: По эйнштейновским местам - Экскурсия заканчивается

Последняя треть экскурсии прошла уже не по кампусу, а по примыкающему к нему жилому району. На первый взгляд типичный такой зеленый neighborhood, но на самом деле один из самых дорогих и престижных в стране. Туристам в первую очередь показывают дома, где жил Альберт Эйнштейн.

Он поселился в Принстоне в 1933 году и прожил до самой смерти в 1955-ом. При этом в самом университете профессором Эйнштейн никогда не был, хотя читал лекции и помогал студентам с домашним заданием. Ему предложили место в только что созданном Institute for Advanced Study (Институте передовых исследований), который первые шесть лет арендовал офисы на кампусе, а потом переехал на две мили к западу в специально построенный комплекс.

Нам показали ничем не примечательное кирпичное здание, в котором Эйнштейн проходил интервью на работу. Ему предложили полное пожизненное содержание и возможность работать, над чем только вздумается, или не работать вообще. Эйнштейн был не дурак и согласился. Вместе с ним в Институте сидели фон Нейман, Гедель, Оппенгеймер и другие светлые умы. Да и сейчас там работают неплохие математики и теорфизики, но пожизненной пенсии никто уже не предлагает: можно выиграть конкурс и оказаться там на пять лет.

Эйнштейн не хотел жить в очень роскошном особняке, потому его первый дом в Принстоне и второй, куда он весьма скоро переехал, ничем не примечательны, находятся в частной собственности, и я не заметил никаких мемориальных досок. Зато в день числа Пи (а Эйнштейн родился 14 марта 1879 года + американцы пишут месяц вперед дня 03/14/1879) на лужайке перед первым домом проходит театрализованное представление и праздник во славу науки.

Один из участников конференции (из industry) попросил сфотографировать его на фоне дома Эйнштейна, сказав, что семья не простит ему, если он упустит такую возможность.

Действительно, даже по внешнему виду можно сказать, что перед нами фанат создателя теории относительности.

Рассказали нам и типовой набор анекдотов о том, как Эйнштейн не мог запомнить своего адреса и вынужден был просить полицейских отвести его к дому Альберта Эйнштейна (экскурсоводша уверяет, что в Принстоне до сих пор живет полицейский, с которым эта история произошла в 1950-е). Или о том, как Эйнштейн ничего не мог оплатить персональным чеком, так как люди, вместо того чтобы отнести чек в банк, предпочитали сохранить автограф великого ученого, который в будущем может стоить намного больше.

Сейчас во втором доме Эйнштейна живет некто Эрик Мэскин, Нобелевский лауреат по экономике 2007 года. И вообще домик гордится тем, что там в разное время жило три нобелевских лауреата.

Забыл, кто третий. Писатель Томас Манн жил по соседству, так что точно не он. И вообще район, как я сказал, элитный, в котором живут всякие президенты фирм и отставные политики. Экскурсоводша хвасталась, что последнее убийство в Принстоне совершилось 15 лет назад, и она не боится отпускать десятилетнего сына гулять ночью одного. Криминального или бомжеватого вида субъектов я за дни конференции не видел.

Мы еще покрутились по пустынным улочкам. Посмотрели на самый старый дом в Принстоне, построенный в 1696 году, который между прочим продается с обременением за меньше, чем два миллиона долларов.

В каком-то другом доме жил на пенсии президент США Гровер Кливленд, о котором подробно будет рассказано в посте о кладбище.

А еще в Принстоне родился известный чернокожий певец и друг советского народа Поль Робсон, которого я очень уважаю именно как певца, а не только борца за укрепление мира.

Под конец мы вернулись к «Старбаксу» на Нассау-стрит,

где в качестве последней достопримечательности нам показали почтовый ящик, из которого осенью 2001 года были отправлены письма со спорами сибирской язвы.

Согласно история, до сих разгаданной лишь на 99%, главный подозреваемый работал в армейской лаборатории в Мэриленде, а в Принстон приехал запутывать следы. На прощание экскурсоводша сказала, что чаевые у них брать запрещено, но она просит порекомендовать экскурсию по Принстону всем друзьям и знакомым.

NOS2011: Эволюция принстонского студента

Чтобы полнее рассказать о некоторых зданиях, нельзя не коснуться эволюции принстоновского студенчества. В 1746 году прошение об основании Колледжа Нью-Джерси королю Георгу II посылали пресвитерианские священники. Они имели определенную автономию от господствующей англиканской церкви и настаивали, чтобы обучение в колледже будет открыто для представителей всех конфессий.

В первое время студентов было так мало, что все они могли жить в доме университетского президента, а затем полностью помещаться в Нассау Холле. Тогда до 55% обучающихся были детьми плантаторов с юга, и в подвале Холла спали их рабы. Потому Принстон часто называли самым южным северным университетом или, соответственно, самым северным южным университетом.

С началом Гражданской войны студенты-южане в Принстоне перевелись. Но на выручку университету пришла новая американская знать – дети индустриалистов и финансовых магнатов. Карнеги, Рокфеллеры, Морганы посылали своих отпрысков в том числе и сюда. И разумеется, все студенты были мужчинами. В местном спортзале стоит памятник «Принстонскому студенту», каким он был (или должен был быть) в конце 19 века.

Женщины получили право учиться в Принстоне только в 1969 году. Ныне же, по словам нашего экскурсовода, Принстон – the most diverse university among the Ivy League. То есть сейчас в Принстоне больше, чем в любом другом университете Лиги Плюща, учится студентов всякого рода и племени.

Даже нынешний президент Принстона – женщина-биохимик. Университет привлекает широкие народные массы: с одной стороны 70% студентов учится вообще бесплатно (университет с endowment’ом в $16 млрд может себе это позволить), как в свое время Мишель Робинсон, с другой – в Принстоне учатся семь с половиной тысяч студентов из 98 стран, и немало среди них богатых ближневосточных юношей. Должен же кто-то платить за всю эту красоту.

Хотя меценаты находятся среди тех же женщин-выпускников. Так самый новый колледж Whitman College назван в честь миллиардерши Мег Витман, выпускницы 1977 года, бывшего президента eBay и начинающего политика (в прошлом ноябре она проиграла губернаторские выборы в Калифорнии, но это только начало).

Начни Принстон принимать женщин на пять лет позже и, глядишь, потерял бы богатого спонсора.

Но раньше правила были суровыми. Даже главные ворота в город держали закрытыми до 1970 года, чтобы создавать физическую и психологическую стену между погруженным в науки юношеством и миром суеты и соблазнов. Открывали ворота только затем, чтобы впустить новый класс и сопроводить в жизнь выпускников. И хотя в 1970 году хиппи из протестных соображений ворота открыли, да так их никто и не закрыл, для суеверных студентов выйти из ворот до защиты – предвестник того, что не удастся защититься в срок (если вообще удастся).

В качестве развлечений студентам предлагалось, например, участвовать в одном из двух политических дискуссионных сообществ: Виг и Клио. Размещались они в псевдоантичных домиках напротив Нассау Холла.

Одним из основателей сообщества Виг в свою бытность студентом Колледжа Нью-Джерси был Джеймс Мэдисон, 4-ый президент США (1809–1817), большой специалист по американской Конституции (по сути он ее написал) и автор первых десяти поправок (Билля о правах). Сообщества долго враждовали между собой, писали друг на друга обличительные памфлеты и рисовали обидные карикатуры, но впоследствии объединились в единое Виг-Клио сообщество и освободили домик Клио для университетской приемной комиссии.

В Принстоне не было и нет «греческих братств», столь обычных в других американский университетах, включая Питтсбург. Зато есть eating clubs, основанные в второй половине 19 века старшекурсниками, недовольными тем, как их кормят в университетских столовых.

«Едальные клубы» занимают частные особняки вдоль Prospect avenue, и многие из них очень тщательно подходили к выбору новых членов.

Самые крутые Ivy Club и Tiger Club не принимали в свои ряды женщин до судебного решения 1990 года, обязывающего их это делать. Вудро Вильсон в свое время хотел разогнать клубы и переселить всех в типовые готические общаги, так как разделение студентов на элиту и изгоев не способствовало дружественной атмосфере на кампусе. Но за «едоков» и их «едальни» вступился Мозес Пайн (Moses Pyne).

Обладатель огромного наследства, Пайн имел столько денег, что мог всю жизнь не работать. Потому он полностью посвятил себя благоустройству родного университета. В 28 лет он вошел в совет попечителей и в течение 36 лет не пропустил ни одного заседания. Для него ничего не стоило покрыть личным чеком дефицит в университетском бюджете, прикупить земли у соседних фермеров, хотя в то время все эти угодья были излишними для университета. Пайн благоволил таким же богатым лентяям, как он сам, а потому резко запретил Вильсону трогать eating clubs, угрожая в противном случае перестать спонсировать университет.

В итоге в Принстоне остались не только клубы, но и появился красно-коричневый Pyne Hall.

Во время экскурсии нас провели и через университетскую часовню, построенную в 1928 году. Такое огромное готическое здание, с многочисленными витражами, дубовыми скамьями и прочими артефактами.

В иные дни все студенты были обязаны ходить сюда на службы, а теперь часовня считается наипопулярнейшим местом для проведения свадебных церемоний. Как пошутила экскурсовод, можете делать резервацию сейчас и надеяться, что за пять лет, пока подойдет очередь, встретите достойного спутника жизни.

Часовня украшена, как это принято, всяческими барельефами, статуями святых и химерами. Их никто пристально не разглядывает, и возможно зря.

В 1991 году бывший камнерез, которому было уже почти сто лет, признался, что среди элементов декора принстонской часовни он вырезал свой портрет, портрет своего босса, а также йелльского будьдога.

Удивительно, что за все эти годы никто не обращал на них никакого внимания. Но руководство универа решила ничего не демонтировать, даже бульдога, а оставить для развлечения туристов.

Совсем рядом от часовни находится Firestone Library (1948), опять же отгроханная в том же неоготическом стиле.

Надземная часть – только верхушка айсберга, который включает три подземных этажа, простирающиеся далеко за пределы основания здания, и 70 миль книжных стилажей.

Но студенты проводили свое время не только за едой, молитвой и чтением. В 1963 году в Принстоне состоялось последнее в США ограбление поезда. Я не раз наталкивался на эту историю в интернете, читая об университете, и перескажу наиболее популярную версию. Некто Джордж Бунн из едального клуба Cap and Gown (Шляпы и Плаща) подбил своих троих друзей ограбить поезд, ходящий по одноколейке от Princeton Junction до университета. Для этого они перегородили железнодорожные пути автомобилем, а сами на лошадях, по законам жанра, подскакали к остановившемуся поезду, ворвались в него, выбрали четырех девушек и увезли их в неизвестном направлении. Машина была убрана с рельс, и поезд опоздал всего на несколько минут. Что стало с похищенными девушками история умалчивает, но, наверно, ничего плохого, так как при разбирательстве инцидента университет решил никаких санкций в отношении лихих разбойников не применять.

Постепенно нравы стали настолько распущенными, что студентам приходилось постараться, чтобы поразить своих одноклассников. В 1969 году одному второкурснику страшно хотелось стать главой местного студсовета. Но все его выдумки и харизма не могли привлечь достаточного для победы на выборах внимания. Тогда однажды утром, он вышел во двор Rockefeller College абсолютно голым и с диким криком стал наматывать по двору круги. Все, конечно, пооткрывали окна, иные смельчаки даже присоединились к забегу, но главное, весть о столь неожиданной выходке прокатилась по кампусу и на следующий день бегуна ждала убедительная победа на выборах. С тех пор каждый год, как только выпадет первый снег, в память о легендарном забеге, принстонцы устраивали в том дворе Nude Olympics, пока в 1990 году администрация не сказала: «Хватит! Мы в Принстоне, конечно, гордимся традициями, но это уже перебор».

NOS2011: Вудро Вильсон, президент Принстона и Соединенных Штатов

За два часа экскурсии не было никакой возможности и потребности обойти весь кампус. К тому же все исторические здания сосредоточены в его северной части. Хотя «исторический» – слишком громкий эпитет: большинству принстонских зданий нет и ста лет. Своим неоготическим обликом и серой цветовой гаммой университет во многом обязан своему выпускнику 1879 года и 13-ому президенту (1902–1910) Вудро Вильсону (Woodrow Wilson), который впоследствии успел побывать и 28-ым президентом США (1913–1921).


Вильсон во многом уникальный американский президент. Он до сих пор остается единственным в истории президентом с PhD (Johns Hopkins University): у остальных в лучшем случае JD – juris doctor. Хотя и у Вильсона степень была не по химии, а по истории и политическим наукам, и первое время он занимался адвокатурой, пока не вернулся в Принстон, где стал профессором обществознания.

Alexander Hall

Вильсон на протяжении многих лет был самым любимым профессором в Принстоне, прекрасно организовал празднование 150-летия университета в 1896 году и в итоге был единогласно избран университетским президентом. Начал он с решительных действий, перекроив учебную часть и перестроив кампус. Он задумал создать решительно новый архитектурный облик университета.

Зачем брать что-то у каких-то там новоделов Гарвардов, когда есть примеры для подражания постарше: Оксфорд и Кэмбридж. Решено: построим университет как Оксфорд, а город как Кэмбридж. Времена революции и борьбы за независимость прошли, и уже никто не считал Великобританию врагом. В Принстоне настало неоготическое счастье.

Blair Hall

В подражание Оксфорду Вильсон разделил студентов по колледжам и выстроил им общаги-quadrangles,

самая показательная из которых – Holder Hall в Rockfeller College.

При Вильсоне же в окрестностях появилось озеро Карнеги и начал строится Graduate College, до которого экскурсия не дошла, но о котором я обязательно напишу.

Президенту крайне не нравилось, что большинство студентов на протяжении четырех лет маится дурью и выходит из принстонских стен с дипломом, но без знаний.

Вильсон ввел специализацию (majors) и обязательные предметы, организовал в Принстоне “preceptorial system”, то есть занятия в маленьких группах в дополнение к лекциям, которые в Питтсбурге называется recitations, а в СПбГУ – семинары.

Причем в Принстоне до сих строго действует правило, что преподают только профессора, никаких аспирантов (насколько я помню, когда я был принят в Принстон в аспирантуру, они четко сообщали, что в течение первого года все аспиранты обеспечены стипендией и преподавать не надо).

Для этого Вильсону потребовалось удвоить число преподавателей. Он лично отобрал и пригласил более 50 молодых профессоров.

Наконец, Вильсон ввел для студентов honor code. Помимо клятвы самому не списывать на экзаменах, студенты брали на себя обязательство доносить на всех жуликов, которые кодексу чести не следуют. Сложно сказать, насколько подобная система, которой придерживаются и остальные американские университеты, действенна. Внешне кажется, что тут списывают меньше, чем в России. Но лучшим решением было бы исключить саму возможность и ценность жульничества – для начала отменить оценки и экзамены. Честному человеку не надо никаких клятв приносить, чтобы оставаться честным, а нечестному – кто помешает нарушить клятву.

Во времена Вильсона президент университета жил в Prospect House в южной части кампуса.

Потом, уже в 1960-е годы решат, что для одной семьи такого особняка многовато, отселят президента в город, а в House организуют столовую для преподавателей. Но в начале прошлого века в этом доме жил Вильсон, а нерадивые студенты ломились прямо через его сад в свои eating clubs, расположенные вдоль Prospect avenue. Президенту такое хулиганство крайне не нравилось, и он приказал обнести дом и сад металлической решеткой.

И отгородившись от мира, Вильсон не замечал, что не все его начинания и реформы протекают блестяще. Постепенно накопились конфликты с богатыми сумасбродными попечителями и своевольными влиятельными деканами.

В 1910 году Вильсон решил сменить поле деятельности и ушел в большую политику. Вначале он избрался нью-джерсийским губернатором, а потом судьба привела его в Белый дом. Он оказался неплохим лидером нации, хотя не избежал ряда ошибок.

Будучи по жизни пацифистом, Вильсон ратовал за мир во всем мире, и считал лучшим способом его установления – ввод в «немирные» страны американские войска и проведение там демократических выборов, на которых победят правильные люди. Насколько такой план удался можно судить по списку стран одемокраченных таким образом при Вильсоне: Гаити, Куба, Никарагуа.

Вильсон долго не хотел втягивать США в Первую мировую войну. Но в 1917 году все же вынужден был заняться принуждением Германии к миру.

Попытка оказалась успешной, и Вильсон решил, что может научить мир, как жить в мире. Он выступил с рядом инициатив, в том числе с созданием Лиги Наций. За свою борьбу в 1919 году Вильсон был удостоен Нобелевской премией мира, встав в один ряд с другими американскими президентами-лауреатами от Тедди до Барака. Заодно Вильсон стал первым президентом США, посетившим Европу во время своего правления.


Однако успехи по насаждению демократии на Земной шаре не нашли горячей поддержки на родине. Республиканцы отказались ратифицировать вступление США в Лигу Наций, так как это лишило бы Конгресс права объявлять войну. Простой народ был недоволен возросшими военными расходами и бездарно проведенной демобилизацией, когда миллионы бывших солдат оказались без денег и работы. По стране прокатилась волна расистских протестов, погромов и линчеваний.

Не будет лишним напомнить, что именно при Вильсоне в 1915 году на вершине Stone Mountain был основан второй клан KKK и снят фильм «Рождение нации». Сам Вильсон довыступался до того, что свалился с инсультом и провел последние полтора года президентства в прямом смысле на положении «хромой утки»: левая половина тела у него оказалась парализованой.

Он умер в 1924 году, и является единственным президентом, похороненном в Washington National Cathedral.

В свое время Вильсон очень хотел, но не смог найти денег на открытие в Принстоне Law School (Школы права), зато создал лучшую подготовительную систему для будущих юристов.

Law School, как и Medical School, и Business School в Принстоне нет до сих пор. А есть всего три профессиональных школы. Самая крупная – Инженерная, занимающая северо-восточный угол кампуса. Затем – Школа Общественных и Международных отношений им. Вудро Вильсона, расположенная в Робертсон Холле.

Перед Холлом сооружен бронзовый Фонтан Свободы, в котором принято купаться после защиты.


И наконец, Школа Архитектуры. Последняя разместилась, на первый взгляд, в самом невзрачном здании на кампусе.

Однако сами архитекторы очень его ценят. Они считают, что главное в архитектуре - продемонстрировать материал, доступный во время постройки; продемонстрировать уровень труда; и выразить идею. Неказистая, похожая на бункер Школа Архитектуры прекрасно передает времена экономии и низкоквалифицированного труда после Второй мировой, когда вся страна превращалась в подобный бункер, готовясь к войне с СССР. А вся китчевая псевдоготика, которая старается выглядеть на 500 лет старше, чем на самом деле, архитекторами принимается со презрительным снисхождением.